Славяне воины. Воинские традиции древних славян и руси Каменные солдаты Гипербореи ждут своего часа

Древние и современные авторы часто представляют славянские племена тихим, миролюбивым и доброжелательным народом. В советский период активно поддерживали эту линию. Миролюбие перекочевало даже в советский фольклор. Вспомним слова старой песни «мы мирные люди, но наш бронепоезд стоит на запасном пути».
Однако так ли это было на самом деле?
Немецкий историк Йоахим Херрман пишет, что «морские дружины рюгенских славян или пешие рати ободритов наводили ужас на жителей Ютландии, датских и шведских островов». Но только ли в этом направлении смотрели наши воинственные предки?
Обратимся к фактам.
С начала VI в. славяне почти ежегодно переходят Дунай то небольшими отрядами, то значительными массами с целью захватить добычу и пленных в пределах Византийской империи. В 547/48 г. походы славян достигают Иллирика и Далмации, а 15-тысячное византийское войско не решается вступить с ними в бой.В 578 г. славянские племена вторгаются в Грецию, когда, по текстам Менандра, славяне, перейдя Дунай, опустошили Фракию, Эпир и Фессалию, и даже Элладу.
В 581 г. Славяне вновь нападают на Византийскую империю и осаждают ее столицу. Иоанн Эфесский описывает следующее, «(славяне) стремительно прошли всю Элладу, области Солуни и всей Фракии и покорили многие города и крепости. Они опустошили и сожгли их, взяли пленных и стали господами на земле. Они осели на ней господами, как на своей, без страха… У самой внешней стены (перед Константинополем) они захватили и все царские табуны, много тысяч (голов) и другую разную (добычу). Вот и до сего дня, т. е. до 895 г. (селевкидской эры, иначе - до 583-584 гг. н. э.) они остаются, живут и спокойно пребывают в странах ромеев».
Франкские хроники времен императора Карла и араб Масуди заявляли, что велеты самый сильный славянский народ, господствующий чуть ли не над всеми славянами Средней Европы. Утрехтский летописец сообщает, что лютичи вместе с саксами ходили на Британию еще со времен Хенгиста и Хорсы, с V века, и основали там город Вильтон и графство Вильтшир.
В 11-12 вв. Вендская держава еще существовала на территории между устьями рек Лабы (Эльбы) и Одры (Одера) на севере и до Дуная и Днестра на юге, состоявшая из племенных княжеств вендов. Их князья не давали спуску саксонским и датским феодалам, некоторые славянские племена боролись с немцами.
Император Карл Великий запретил продавать мечи славянам-вендам еще в 805 году, не шведам, не норманнам. Именно вендам. А с ободритами заключил союз. Более того, основатель империи франков, женил своего сына на ободритской княжне. Тем самым введя славянскую кровь в европейскую королевскую династию. Это произошло еще задолго до княгини Анны, ставшей королевой Франции.
От железной поступи ободритов содрогнулась даже Италию. В 1010 году рати ободритов ведомые князем Местивым предприняли конный поход в северную Италию.
Cлавянские племена зарекомендовали себя, как самые свирепые морские дружины. Еще помнившая викингов Балтика XI века содрогалась от более страшных нападений вагров или вагиров, входившие в союз ободритских племен, и ругов с острова Рюген.
Средневековый польский хронист Кадлубек передает предание, по которому в древности славяне победили воинов Даномалхийских (Данемаркских, Датских) островов. Побежденным предложили или платить дань, или носить, в знак поражения и позора, женские длинные волосы, убранные в косы. Пока датчане раздумывали, славяне снова напали на них, полностью разгромили и заставили датчан сделать и то, и другое. Даже если это просто фольклор, то имеющий под собой реальную почву и описывающий ситуацию того времени.
Норманнские саги, записанные в XIII веке в Швеции, Тидрек сага повествует о подвигах и завоеваниях конунга (титул переиначен на скандинавский манер) Вилькина, славянского вождя. Вилькин - вождь и прародитель вилькинов. По другим источникам вилькины известны, как вильцы, велетабы, велеты, вельты или венды. Вилькин захватил и разорил Свитьодом (Швецией), Гуталандом (островом Готланд), и всем царством шведского конунга, Сканией (южный берег Швеции) Скаландом, Ютландом (Данией), Виндландом, и всеми царствами, какие к тому принадлежат. Весьма впечатляющая победа славянского оружия.
В IХ веке датские короли попытались огородить свой полуостров огромной стеной, которая и сейчас известна под названием Славянский вал. Однако особо успешной роли в защите это не сыграло.
Скандинавские крепости - Аггерсборг, Фюркат, Треллеборг - выстроены по образу и подобию славянских укреплений ободритов в Европы, а может даже и под их руководством. В этих крепостях археологи находят славянскую керамику в большом количестве. Ободритские кольцевые крепости перекочевали на острове Лоланд и считаются славянскими, как и крепость близ Соре в центре Зеландии. Крепость Экеторп на Эланде – в точности повторяет ободритское кольцевое укрепление. Для зарубежных историков славянские корни этих крепостей даже не является предметом спора.
Если опираться на подборку М.П. Погодина из средневековых авторов, то можно смело считать, что доля вендов в набегах на Западную Европу, в процентном соотношении, более 50%. Отнюдь не скандинавы были ужасом Европы, а наши предки славяне. Да и были ли дружины викингов столь однородны, что включали в свой состав только скандинавов. Весьма вероятно, в их составе воевало немало наших предков. Вспомним, как Утрехтский летописец сообщает, о союзе лютичей с саксами и их совместных нападениях на Британию. Наши предки всегда были открыты для честного союза. Так что весьма вероятно в дружинах викингов было немало славян. Да и не зря же Балтийское море называли Варяжским, а еще раньше Вендским заливом. Такими были наши предки. Сильными, смелыми, воинственными. Славянские племена держали в страхе не только Европу, но даже Грецию, Италию и Причерноморье. Но откуда тогда появилось утверждение о миролюбии славян? Из религии и политики.

У германских народов оно превратилось в своеобразный культ воина-зверя. Звероподобные “превращения”, являющиеся высшей формой развития боевой ярости, известны у всех германцев. Поздние античные историки сообщают о “франкском неистовстве”, о “воинах-волках” народа лангобардов… При этом выпускались наружу столь неудержимые силы, что им не всегда мог противостоять даже сомкнутый дисциплинированный строй и искусство “правильного боя”.

К берсеркерам в чистом виде даже сами викинги относились с чувством, средним между восхищением, боязливой почтительностью и презрением. Это - подлинные “псы войны”; если их и удавалось использовать, то главным образом - на положении “прирученных зверей”.

От метательного (да и от ударного) оружия берсеркеров берегла своеобразная “мудрость безумия”. Расторможенное сознание включало крайнюю быстроту реакции, обостряло периферийное зрение и, вероятно, обеспечивало некоторые экстрасенсорные навыки. Берсеркер видел (а то и предугадывал) любой удар и успевал отбить его или отскочить.

Традиционно, берсерки составляли передовой отряд, начинавший бой. Долго сражаться они не могли (боевой транс не может продолжаться долго), проломив ряды врагов и заложив основу общей победы, они оставляли поле боя обычным воинам, которые завершали разгром противника.
Не всякий берсеркер умел грамотно пользоваться внутренней энергией. Иногда они расходовали ее слишком экстенсивно - и тогда после битвы воин надолго впадал в состояние “берсеркерского бессилия”, не объясняющегося только физической усталостью.
Приступы этого бессилия бывали столь тяжелы, что воин-зверь иногда мог и умереть после битвы, даже не будучи ранен.
У славян были свои «берсерки» - рыкари-волкодлаки. И ни один берсерк не мог сравниться со славянским рыкарем, потому что "Славяне превосходят германцев как телом, так и духом, сражаясь со звериной лютостью..." (Иордан, древний историк, VI век).

Рыкарь - это живое воплощение славянского гнева. Уже в названии слышится яростный звериный рык, а само слово означает буквально «рычащий воин».Рыкарями на Руси назывались особые воины, способные успешно биться против многократно превосходившего по численности врага, при любых условиях, всеми видами оружия, одновременно обоими руками. Рыкарь внешне выглядит полным безумцем, но внутренне сохраняет ледяное спокойствие. Цель его жизни - служение своему роду. Исторические источники говорят о том, что один рыкарь был способен разогнать 10-20 воинов, а два рыкаря обращали в бегство сотню вооруженных человек.

Триста рыкарей города Аркона - стражи храма Световита, наводили ужас на всё не славянское побережье Балтики. Такими же воинами был славен и храм Радогоста в городе Ретра. Существовало даже целое славянское племя рыкарей - лютичи (от слова «лютый»), все воины которого сражались в волчьих шкурах.

«Бысть же у поганых 9 соть копей, а у руси девяносто копии. Надъющимъся на силу, погании пондоша, а наши противу имъ… И снящася обои, и бысть съча зла… и половцы побегоша, и наши по них погнаша, овы секуще…» (Радзивилловская летопись, с. 134. 26)..

К сожалению, многое из того что могли и совершали наши праотцы ныне утрачено, позабыто, окутано покровом тайны и тёмных слухов, и требует нового открытия. К счастью, не до конца потеряны корни…
Мало кто из исследователей проводит параллели с русскими сказками об Иване-царевиче и Сером волке; о Сивке-бурке, сквозь ушко которого, пробравшись, принимал силы новые добрый молодец; о Ване, обернувшегося в Медведя и т.д.

В легендах скальдов сказано о берсерках, как о великих творцах побед. В древнерусских сказках - как об оборотнях ради побед более широкого масштаба. Получалось же у чародейных воинов всё потому, что обладали они наивысшими, нечеловеческими возможностями. Ибо были они любимцами Богов! Мастерами необыденных сил!
Разбудив в себе накопленные запасы эволюции, природы животной и совместив ЭТО с трансовыми возможностями человеческого сознания, фактически можно быть сверхактивированным человеком - ради успеха и побед в жизни.

Овладение трансовым мастерством, гипноидными качествами, особым состоянием, в которое Берсерк впадает для наведения «хмарного» ступора на противника. Победоносные маневры Берсерка столь и быстры и качественны, что враг даже не успеет понять, что уже не существует…
От мощной энергии Берсерков невозможно защититься, их ничего не может остановить, ибо за мгновение реакции противника Берсерк успевает опередить врага на несколько ходов, нанести 3-4 победоносных удара.

Берсерк — учение не просто воина но, к сожалению, оно таковым стало в официальной истории, на пути этого закрытого братства встала иудохристианская церковь, объявив берсерков вне закона, после чего эти люди истреблялись за вознаграждение. С того времени принято считать, что это были невоспитанные люди, полные злобы и ярости, которых невозможно контролировать.

"Устроив допрос, Александр начал допытываться, откуда пленники родом. Но варвары, впав в предсмертное безумие, казалось, радовались мукам, как будто чужое тело испытывало страдания от бичей". Византийские хроники Сказания о звероподобных воинах весьма характерны для ранних источников, описывающих битвы древности.

Скандинавские берсерки и славянские волкодлаки не дают покоя серьёзным историкам и юным любителям фэнтези. Им приписывают некие качества, объяснить которые проще всего боевой магией и волшбой лесных колдунов. Проще всего, когда нет желания искать ответы на вопросы. Но мы, вопреки общепринятым шаблонам, попробуем найти рациональное зерно в одной из главных тайн древней Европы. Главной отличительной чертой элитного воина-одиночки является его, казалось бы, сверхъестественная сила, позволяющая вести схватку с множеством вооружённых противников. Нечеловеческая скорость и нечувствительность к боли делают «оборотня» действительно оружием массового поражения. Но есть ещё один важный момент, характеризующий воина-зверя. Он, как правило, двигался впереди основного отряда, а значит первым вступал в схватку с (!) ещё не нарушенными рядами вражеской армии.

С точки зрения здравого смысла это не только глупо, но и в принципе невозможно. Если только под волчью шкуру не прятали бочку с порохом. Но пороха тогда не было, и бедняге приходилось рвать противника руками. Чтобы объяснить этот феномен прибегают и к мухоморам, и к боевому трансу. Начитавшись этой лабуды, юные романтики прочёсывают леса в поисках волшебных грибов и скачут с бубнами, пытаясь обрести истинную силу. Силы не прибавляется, и ума тоже.

Белов Александр Константинович (Селидор) резонно предполагает, что берсерки, по всей видимости, обладали некими свойствами психики, возможно, имеющими генетическую основу. Это вполне правдоподобно, учитывая тот факт, что любой признак, в том числе и из области психологии поведения, в той или иной степени имеет опору на генетику.
Но тогда возникает вопрос: «Если существует некий «ген берсерка», то почему он не проявляет себя в современном мире?».
Ведь если ещё в XII веке в Исландии был издан специальный указ, запрещающий звериное безумие, то, по всей видимости, мы имеем дело с некогда достаточно распространённым явлением. Вообще, сама по себе генетика — это ещё только полдела. Окружающая среда должна благоприятствовать раскрытию нужных свойств, а иначе ген будет дремать. То есть гены включаются средой.
С переходом к цивилизованному обществу вполне могли сложиться обстоятельства, при которых «гены неистовства» оказались не у дел. Воины-звери вполне могли быть трудно управляемы, и потому изрядно усложняли жизнь себе и окружающим. В эпоху крупных воинских формирований, ровного строя и слаженного взаимодействия многих отрядов «оборотни» могли оказаться без работы.

И всё же, какова могла быть материальная природа этого интересного феномена, если он, конечно, действительно существовал? Славянские волкодлаки и скандинавские берсерки всегда внушали ужас своим противникам. Не в этом ли их подлинное превосходство? Как говаривал Наполеон: «Десять тысяч побеждённых отступают перед десятью тысячами победителей лишь только потому, что они пали духом...» Деморализованный противник не способен сражаться. Более того, залог разгрома — вскрыть ряды вражеского отряда. Не для того ли и посылали наводящих ужас воинов впереди своих, чтобы чужие дрогнули и нарушили строй?
Многолетний опыт засечного боя показывает: одиночка имеет шансы на победу лишь в случае глубокого психического превосходства над противостоящей группой противника. То есть охотник должен не только верить в свою победу, но и страстно желать схватиться с врагом, ощущая собственную силу. Лишь чувствуя себя акулой в бассейне с купающимися, он может быть действительно эффективен. И не только потому, что в таком состоянии ему не ведом страх, следствием которого является мышечная закрепощённость. Дело ещё и в том, что атакующее звено остро реагирует на движения центрального бойца. Уверенные мощные движения охотника психически подавляют атакующих, и они просто не рискуют идти на размен ударами.

Мне не раз доводилось наблюдать, как на соревновательной площадке охотник гоняется за боевой тройкой, словно бы на какое-то мгновение превратившись в неуязвимого оборотня. И отмечу опять: всё дело в психологической обработке бойца. Как-то приятным весенним вечером группа спортсменов столкнулась с численно превосходящим стадом гопников. Возникшая драка закончилась победой первых. Однако «гиены городских улиц» жаждали реванша и выследили обидчиков, дождавшись, пока группа противника сократится до трёх человек. Сами гопы к этому времени получили ещё подкрепление и пошли в открытую атаку прямо возле здания городской мэрии. В спортсменов полетели камни и бутылки, стадо ломанулось в бой. Внезапно они увидели, как навстречу им, уворачиваясь от булыжников бежит тот, кто должен был бы по всем законам логики искать укрытие. В его руках недобро блестела арматура.

А дальше всё развивалось по совершенно нелогичному сценарию. Первые ряды нападающих дрогнули и повернули назад, сталкиваясь с теми, кто напирал сзади. На какую-то секунду возникла куча мала, а затем, повинуясь стадному инстинкту, «посоны» бежали с поля боя, поддерживая штаны. Бой был выигран без единого удара. Почему? Тот, кто шёл им навстречу — шёл убивать, переступив через свою смерть. А такое намерение легко и быстро читается как зверем, так и человеком. Любой собаковод знает, что животные прекрасно ощущают страх или уверенность человека. Этот механизм связывают с гормональным ответом организма на сложившуюся ситуацию. Так страх вызывается действием адреналина, и именно его запах ощущает хищник, сразу же распознавая за ним жертву. Ярость же — продукт норадреналина, и ощущается так же хорошо. Люди, как ни странно, реагируют на все эти ароматы, попадающие в воздух вместе с потом, не менее остро, чем четвероногие питомцы.

Однако данный механизм не в состоянии объяснить боевого эффекта разогнанной психики. На помощь нам придёт академик Бехтерев, ещё в начале прошлого столетия изучавший по заказу советской власти поведение толпы. Если я не ошибаюсь, это им было введено понятие «доминанты». Дело в том, что поведение человека строится на основании очагов возбуждения в головном мозге. Господствующий по своей силе очаг и именуется доминантой. Каждый нейрон, получая сигнал извне, самостоятельно, на основании множества факторов решает, возбудиться ему или нет. Если возбуждённый нейроны набирают некую критическую массу, возникает доминанта. И поведение человека подчиняется её программе.

При этом интересно, что распространение возбуждения в толпе подчиняется этой же самой схеме. Каждый индивидуум, основываясь на совокупности внешних стимулов, принимает решение, отреагировать или нет. Чем больше людей, попавших под власть возбуждающей силы, тем больший процент вероятности, что каждый новый участник толпы попадёт под её влияние. Так доминанта оратора передаётся митингующим. Только, если в случае с нейронами мозга коммуникативную функцию выполняли нейромедиаторы (скажем, дофамин), то в ситуации с коллективом людей это будут вербальные и невербальные сигналы. До 70% информации при контакте людей передаёт сфера бессознательного. На этом уровне мы легко и непринуждённо бессознательно кодируем друг друга. Кодируем психику собеседника на соответствующую реакцию.
Этой реакцией, например, может быть активность миндалевидного тела и, как следствие, страх. Поза, мимика, жесты, тембр голоса, сама двигательная специфика — всё подчиняется возникшей доминанте. И этот огромный поток информации, совершенно не подлежащий подделке, обрушивается на подсознание окружающих людей, и они, конечно, реагируют.

Нейрофизиологи оперируют понятием «сильной нервной системы». Под этим термином они понимают способность нервной системы быстро и мощно переходить в возбуждённое состояние и удерживать его некоторое время. Правда... после этого может наблюдаться период нервного истощения. Вам это ничего не напоминает?..
Секрет волкодлаков не канул в вечность вместе с ними. Правда сегодня нет никакой нужды напяливать на себя волчьи шкуры. Психическое подавление противника вкупе с раздвинутыми возможностями человеческого организма продолжает изучаться в военных лабораториях. Вот только в гражданском обществе всё ещё продолжает действовать закон 1123 года, лишающий берсерка права на жизнь и свободу...

«Я не видел людей с более совершенными телами, чем славяне.
Они подобны пальмам, белокуры, красивы лицом и телом»

Ибн-Фадлан, арабский путешевственник.

Преодолевая страх и скрывая эмоции, юноша доказывал свою зрелость. Затем, опираясь на нелегкую школу воинского учения и рукоять ножа, он уходил в дремучий лес за шкурой медведя. Попробуйте на минуту задуматься и представить себе во всех красках образ огромного лесного великана, ревущего перед вами. Когтистые тяжелые лапы, способные одним движением переломать ребра и разодрать тело, против одного ножа и человеческого умения.

По дошедшим поверьям, одолев разъяренного медведя, юноша превращался в воина-оборотня, как бы вбирая в себя дух убитого зверя. На шею ему вешался амулет из медвежьих когтей. Такая традиция укрепляла выдержку воина, придавая ему сильную психологическую поддержку в любой ситуации. В специфических игрищах проходило детство, закладывая несколько большее, чем просто умение, но и то, чему порой невозможно научиться - бесстрашие.

Игры в «царя горы» перерастали в стеношный бой, а далее уже в построение боевых порядков.

Постепенно, от простого к сложному, от игры в снежки до увиливания от града смертоносных стрел, а от палочных драк до рубки на мечах. Попечительство «дядек» заканчивалось после посвящения учеников в профессиональные воины. Из них и состояло отборное воинство - княжеская дружина.
Походы самих славян - явление довольно редкое. Зато агрессия со стороны - практически постоянная. А исторически сложилось так, что русы были всегда вынуждены сражаться в меньшинстве. Профессиональное же войско многочисленным и не должно быть.

Поэтому дружина была вынуждена использовать любое, даже незначительное преимущество. Воины, сызмальства выросшие в этих местах, привыкли вести бой в условиях недостаточной видимости и стесненного пространства - например, в густом лесу. Отсюда и тактика боя, позволяющая вести сражение в одиночку даже в полном окружении.

Для того, чтобы ее навязать численно превосходящему противнику, необходимо было владеть особым атакующим боевым навыком, построенным на высокой двигательной активности.
Такой тактикой боя и владели малочисленные, но крепкие дружины руссов. Предания говорят, что один дружинник выходил на бой с десятью, а порой и с сотней врагов. Так ввергал в ужас захватчиков Демьян Куденевич, выезжавший один на бой даже без шлема и доспехов.
Наверное, немало страха натерпелось половецкое войско, которое он отогнал от стен Переяславля с помощью шестерых братьев.

Про богатыря Рагдая вещает Никоновская летопись: «Яко наезжаше сей на триста воин».
Евпатий Коловрат - «коло» означает круг, или вращающийся по кругу - олицетворял своим умением технику боя воина-одиночки, внедрявшегося в самую гущу врага и засекавшего всех, разбрасывая противников по кругу.

Воин, сражавшийся в одиночку, - это высшая степень воинского мастерства, имеющая свое историческое имя - борсерк (более позднее имя боярин, ярый богатырь). Для борсерка не имело значения на какое количество врагов обрушить свои мечи. Как правило, он не держал щита, а предпочитал и вторую руку занять оружием.

Как волк, бросающийся на свою добычу, борсерк набрасывался на врагов, заставляя их чувствовать себя жертвой разъяренного воина. Одетый в шкуры, он вводил себя в яростное состояние, вызывая в себе дикий рык, от которого даже лошади неприятеля переставали повиноваться всадникам.
Из состояния ярости борсерк иной раз не мог выйти и после того, как битва была окончена. Иногда ведро холодной воды выводило его из шокового состояния. Но порой его приходилось держать на цепи, поскольку малейшее раздражение вызывало взрыв ярости, и он становился опасным и для соплеменников.

Теперь же необходимо опуститься в изначалие, во времена зарождения воинских культов.
Вероятно те, у кого постоянно было оружие - охотники - и были родоначальниками профессиональных воинов. Когда возникала необходимость защищать себя от назойливых соседей, оружие, предназначенное для охоты, обращалось против агрессора. В это время возникает оружие, предназначенное только для войны: меч и щит. Меч стоил дорого, и позволить себе иметь его мог только знатный воин.

Система воинского воспитания основывалась на охотничьих культах и вобрала в себя архаику уже сложившейся культуры. Основы бытия, заложенные в язычестве, были сориентированы по природному ритму, они создавали философское понимание духовного мира. Легенда о разделении огня на три части в кузнице бога Сварога закладывает систему мировоззрения славянского Трибожия, основанного на трех единицах измерения жизни.

Этот же принцип Триглава заложен в структуре засечного боя. Для того, чтобы нанести любой удар, необходимо создать для этого определенный запас энергии, который реализуется при ударе. Это замах. Чем больше масса и ускорение, тем сильнее воздействие. С помощью разнообразной механики движения и реализуется удар. Для того, чтобы он был энергоемким, при выполнении элемента используется инерция, накопленная после нанесения предыдущего удара для формирования базы следующего. Начало формирования или положение руки в ударе - это Явь - одна сторона Триглава. Правь - это действие удара, точнее, - момент его нанесения - середина Триглава. И наконец - инерционный выход из удара - Навь, противоположная сторона Триглава. Она же является Явью для следующего удара. Круг замкнулся. Понимание принципа разложения действия удара позволяет построить разнообразную технику боя и откорректировать любой удар.

Триглав также корректирует и поведенческие нормы воина, что создает опытного и даже мудрого бойца, а не машину уничтожения. Для того, чтобы владеть боевой техникой на высоком уровне, необходимо, чтобы вашими действиями в сражении руководил воинский дух, движимый Триглавом: Могу - Должен - Хочу. Где «Могу» - отражение уровня вашей технической подготовки. «Хочу» - выражает величину желания в достижении цели. А «Должен» - грань необходимости действия. Доля сомнения - и победа отвернется от вас. А противник с жадностью присвоит ее себе.
Таковы вкратце законы и поверья, на которые в незапамятные времена опирался воинский быт наших предков.

В наше время, когда весь мир пытается подражать американцам начиная от формы одежды, заканчивая тактикой и суточными сухими пайками, нашим воинам необходимо чаще смотреть в богатую копилку российских воинских традиций и использовать многовековой опыт русских воинов. Нет, я не призываю надеть лапти, отрастить бороды и взять в руки мечи и луки. Главное - умело выделить и обобщить те принципы, с помощью которых они побеждали более сильного и численно превосходящего их врага.

Основы и философия русской военной школы изложены в «Науке побеждать» А В.Суворова. К сожалению, не у многих современных командиров, что называется, доходят руки до этой книги. Но чтобы увидеть и понять суть принципов, изложенных Суворовым в своем безсмертном труде, стоит совершить экскурс в глубь веков и посмотреть, как же воевали древние Русичи.

Земля, на которой жили наши далекие Пращуры, была богатой и плодородной и постоянно привлекала с востока - кочевников, с запада - германские племена, к тому же наши предки старались осваивать новые земли. Иногда эта колонизация проходила мирно, но. зачастую, сопровождалась боевыми действиями.

Советский военный историк Е.А. Разин в своей книге «История военного искусства” так рассказывает об организации Славянского войска периода V-VI веков:
У Славян воинами были все взрослые мужчины. У славянских племён имелись дружины, которые комплектовались по возрастному принципу молодыми, физически сильными и ловкими воинами. В основе организации войска лежало деление на роды и племена, Возглавлял воинов рода старейшина (староста), во главе племени стоял вождь или князь

Прокопий из Кессарии в своей книге «Война с готами» пишет, что воины славянского племени «привыкли прятаться даже за маленькими камнями или за первым встречным кустом и ловить неприятелей. Это они не раз проделывали у реки Истр». Так, древний автор в вышеупомянутой книге описывает один интересный случай, как славянский воин, умело используя подручные средства маскировки, взял «языка».

И вот этот Славянин, ранним утром подобравшись очень близко к стенам, прикрывшись хворостом и свернувшись в клубочек, спрятался в траве. Когда подошел к этому месту гот, Славянин внезапно схватил его и принёс живым в лагерь.

Мужественно выдерживают они пребывание в воде, так что часто некоторые из числа остающихся дома, будучи застигнутыми внезапным нападением, погружаются в пучину вод. При этом они держат во рту специально изготовленные большие, выдолбленные внутри камыши, доходящие до поверхности воды, а сами, лежа навзничь на дне реки, дышат с помощью них; и это они могут проделывать в течение многих часов. Так что совершенно нельзя догадаться об их присутствии.

Местность, на которой Славяне обычно принимали бой, всегда была их союзником. Из тёмных лесов, речных заводей, глубоких оврагов Славяне внезапно атаковали своих противников. Вот что об этом пишет упомянутый ранее Маврикий:
Сражаться со своими врагами Славяне любят в местах, поросших густым лесом, в теснинах. на обрывах, с выгодой для себя пользуются засадами, внезапными атаками, хитростями, и дном и ночью изобретая много разнообразных способов… Имея большую помощь в лесах, они направляются к ним, так как среди теснин они умеют отлично сражаться. Часто несомую добычу они бросают как бы под влиянием замешательства и бегут в леса, а затем, когда наступающие бросаются на добычу, они без труда поднимаются и наносят неприятелю вред. Все это они мастера делать разнообразными придумываемыми ими способами с целью заманить противника.

Таким образом, мы видим, что древние воины брали верх над противником в первую очередь отсутствием шаблона, хитростью, умелым использованием окружающей местности.

В инженерной подготовке наши Пращуры также были признанными специалистами Древние авторы пишут, что Славяне в искусстве форсирования рек превосходили «всех людей». Находясь на службе в войске Восточной Римской империи, славянские отряды умело обеспечивали форсирование рек. Они бысгро изготавливали лодки и на них перебрасывали на другой берег крупные воинские отряды. Лагерь Славяне обычно разбивали на высоте, к которой не было скрытых подступов. При необходимости дать бой на открытом поле они устраивали укрепление из повозок.

Феофинат Сиомпатт сообщает о походе одного славянского отряда, который вёл бой с римлянами:
Так как это столкновение для варваров (Славян) было неизбежным (и не предвещало успеха), то они, составив повозки, устроили из них как бы укрепление лагеря и в середину этого лагеря поместили женщин и дотей. Славяне связали повозки, и получилось сомкнутое укрепление, с которого они метали копья в противника. Укрепление из повозок было надежной защитой от конницы.

Для оборонительного боя Славяне выбирали труднодоступную для противника позицию или же насыпали вал и устраивали засыпи.

При штурме укреплений противника они применяли штурмовые лестницы и осадные машины. В глубоком построении, положив щиты на спину, Славяне шли на штурм. Из вышеприведённых примеров мы видим, что использование местности в сочетании с подручными предметами лишало противников наших предков тех преимуществ, которыми они первоначально обладали.

Многие западные источники утверждают, что у Славян не было строя, однако это не означает, что они не имели боевого порядка. Тот же Маврикий рекомендовал выстраивать против них не очень глубокий строй и атаковать не только с фронта, но во фланги и с тыла. Отсюда мы можем сделать вывод что для боя Славяне располагались в определённом порядке. Маврикий пишет:
…иногда они занимают очень крепкую позицию и, охраняя свой тыл, не дают возможности вступить в рукопашный бой, равно и окружить себя или ударить с фланга, или зайти к ним в тыл.
Приведённый выше пример даёт понять, что у древних Славян был определённый боевой порядок, что сражались они не толпой, а организованно, построившись по родам и племенам. Родовые и племенные вожди являлись начальниками и поддерживали в войске необходимую дисциплину. В основе организации славянского войска лежало общественное устройство - деление на родовые и племенные отряды. Родовые и племенные связи обеспечивали необходимую сплоченность воинов в бою.

Таким образом, использование славянскими воинами боевого порядка, дающего неоспоримые преимущества в бою с сильным противником, говорит о том, что Славяне но только проводили боевую подготопку со своими дружинами. Ведь для того чтобы быстро действовать в боевом порядке надо было это отроботать до автоматизма. Также, надо было знать противника, с которым придется воевать.

Славяне могли не только искусно сражаться в лесу и поле. Для взятия крепостей они пользовались простой и эффективной тактикой.

В 551 году отряд Славян численностью более 3000 человек, не встретив никакого противодействия, переправился через реку Истр. Навстречу Славянам было выслано войско, имеющее большие силы. После переправы через реку Марица Славяне разделились на два отряда. Римский военачальник решил разбить их силы поодиночке в открытом поле. Имея хорошо поставленную тактическую разведку и будучи осведомлёнными о передвижениях противника. Славяне упредили римлян и, внезапно атаковав их с двух направлений, уничтожили своего врага.
Вслед за этим император Юстиниан бросил против Славян отряд регулярной конницы. Отряд дислоцировался во фракийской крепости Тзуруле. Однако, этот отряд был разбит Славянами, которые имели в своих рядах конницу не уступавшую римской. Разбив регулярные полевые войска, наши предки начали осаду крепостей во Фракии и Иллирии.

Представляет большой интерес взятие Славянами приморской крепости Тойер, которая была расположена в 12 днях пути от Византии. Гарнизон крепости в 15 тысяч человек представлял собой грозную силу. Славяне решили прежде всего выманить гарнизон из крепости и уничтожить его. Для этого большая часть воинов расположилась в засаде недалеко от города, а незначительный отряд подошел к восточным воротам и начал обстреливать римских солдат.

Римляне, увидев, что врагов не так много, решили выйти за пределы крепости и разбить Славян в поле. Осаждающие начали отступать, делая вид для напавших, что, испуганные ими, обратились в бегство. Римляне же, увлеченные преследованием, оказались далеко впереди крепостных укреплений. Тогда поднялись находившиеся в засаде и, оказавшись в тылу у преследовавших, отрезали им возможные пути отступления. А те, которые делали вид, что отступают, повернувшись лицом к римлянам, атаковали их. Истребив преследователей, Славяне вновь бросились к стенам города. Гарнизон Тойера был уничтожен. Из сказанного можно сдедать вывод о том, что в славянском войске были хорошо поставлены взаимодействие нескольких отрядов, разведка, маскировка на местности.

Из всех приведенньх примеров видно, что в VI веке наши предки обладали совершенной по тем временам тактикой, они могли воевать и наносить серьёзный урон противнику, который был гораздо сильнее их, а зачастую обладал и численным превосходством. Совершенной была не только тактика, но и боевая техника. Так, при осаде крепостей, Славяне использовали железные тараны, установив осадные машины. Славяне под прикрытием метательных машин и стрелков из лука подвигали тараны вплотную к крепостной стене, начинали её расшатывать и пробивать бреши.

Помимо сухопутной армии, Славяне имели флот. Существует много письменных свидетельств использования ими флота при боевых действиях против Византии. В основном корабли применялись для транспортировки войск и высадки десантов.

За многие годы славянские племена в борьбе с многочисленными агрессорами с территории Азии, с могущественной Римской империей, с Хазарским каганатом и франками отстояли свою независимость и обьединились в союзы племён.

В этой многовековой борьбе складывалась военная организация Славян, возникло военное искусство соседних народов и государств. Не слабость противников, а сила и военное искусство Славян обеспечивали им победы.

Наступательные действия Славян вынуждали Римскую империю переходить к стратегической обороне и создавать по нескольку оборонительных линий, наличие которых не обеспечивало безопасности границ империи. Не достигали поставленных целей и походы византийской армии за Дунай, в глубь славянских территорий.

Эти походы обычно заканчивались поражением византийцев. Когда же Славяне, даже при своих наступательных действиях, встречали превосходящие силы противника, они обычно уклонялись от боя, добивались изменения обстановки в свою пользу и лишь тогда снова переходили в наступление.

Для дальних походов, переправ через реки и овладения приморскими крепостями Славяне пользовались ладейным флотом, который они строили очень быстро. Большим походам и глубоким вторжениям обычно предшествовала разведка боем силами значительных отрядов, проверявших способность противника к сопротивлению.

Тактика Русичей заключалась не в изобретении форм построения боевых порядков, чему придавали исключительное значение римляне, а в многообразии приёмов нападения на врага, как при наступлении, так и при обороне. Для применения этой тактики необходима была хорошая организация войсковой разведки, которой Славяне уделяли серьёзное внимание. Знание противника позволяло производить внезапные нападения. Умело осуществлялось тактическое взаимодействие отрядов как в полевом бою, так и при штурме крепостей. Для осады крепостей древние Славяне умели в короткий срок создать всю современную им осадную технику. Помимо всего прочего, славянские воины умело использовали психологическое воздействие на противника.

Так, ранним утром 18 июня 860 года столица Византийской империи Константинополь подверглась неожиданной атаке русского войска. Русы пришли морем, высадились у самых стен города и осадили его. Воины поднимали на вытянутых руках своих товарищей и те, потрясая сверкающими на солнце мечами, повергали в смятение стоящих на высоких стенах константинопольцев. Это “нападение” было исполнено для Руси огромного смысла - впервые молодое государство вступило в противоборство с великой империей, впервые, как покажут события, предъявило ему свои военные, экономические и территориальные претензии. А главное -благодаря этому демонстративному, психологически точно просчитанному нападению и последующему мирному договору о «дружбе и любви» Русь была признана равноправным партнёром Византии. Русский летописец записал позднее, что с этого момента «началася прозывати Руска земля».

Все перечисленные здесь принципы ведения боевых действий не потеряли своего значения и в наши дни. Разве маскировка и военная хитрость в век ядерных технологий и информационного бума потеряли свою актуальность? Как показали последние военные конфликты, даже имея разведывательные спутники, самолеты-шпионы, совершенную аппаратуру, компьютерные сети и огромной разрушительной силы оружие, можно долго бомбить резиновые и деревянные макеты и при этом громогласно вещать на весь мир о громадных военных успехах.

Разве потеряли свое значение скрытность и внезапность?

Вспомним, как были удивлены европейские и НАТОвские стратеги, когда, совершенно неожиданно, на Приштинском аэродроме в Косово вдруг оказались российские десантники, а наши «союзники» были безсильны что-либо предпринять.