Золотой запас франции де голль. Политические шаги шарля де голля против американского доллара. Что будет с золотым запасом
Что побудило генерала на «бунт»
Причины этого поступка были заложены событиями, начавшимися еще в период Второй мировой войны. Уже в последние годы войны этот яростный патриот сильной Франции, несмотря на прямую зависимость от англосаксонских стран, не собиравшийся делать ее их марионеткой, сильно раздражал руководителей США и Великобритании .
В ходе взаимодействия внутри группы западных союзников, активных контактов Де Голля с СССР, сформировались предпосылки конфликта генерала с США.
В то же время, при заключении Бретонн-Вудских соглашений, была создана та самая система глобального финансового доминирования США, которой был брошен вызов со стороны де Голля. [С-BLOCK]
В июле 1944 года в американском городке Bretton Woods, штат Нью-Гемпшир, в ходе конференции с участием десятков ключевых стран мира, была создана одноименная международная система денежных отношений и торговли, невероятно выгодная, прежде всего руководству США и отменявшая прежнюю систему, основанную на принципах «золотого стандарта».
США, серьезнейшим образом разбогатевшие в ходе торговли во время Второй мировой войны, контролировали большую часть мирового золотого запаса и мирового ВВП, и в ходе конференции сумели навязать 44 государствам, в том числе Франции, новый порядок расчета, в котором валюты присоединившихся к системе государств были привязаны к доллару, а сама американская валюта - к золоту.
Теоретически, американцы должны были отдавать в обмен на свою валюту, хранившееся у них золото по требованию держателей доллара. Что естественно, не практиковалось, да и само соглашение было средством обеспечения экономического господства американской империи, с которым, тот же СССР, естественно не согласился.
После получения власти де Голль достаточно быстро понял всю опасность сложившейся в Бреттон-Вудсе системы.
Общая стратегия
С самого начала своей активной политической деятельности, де Голль не желал прогибаться под США. Еще до президентства он сильно конфликтовал с генералом, а потом и лидером США Эйзенхауэром, который должен был стать главой американского контингента во Франции, и по факту, контролировать страну.
«Последний великий француз» выступал сторонником проекта сильной Европы (за исключением Британии), и в рамках этой стратегии шел на усиление контактов с бывшими врагами в лице ФРГ , готов был активно взаимодействовать с СССР, несмотря на общую нелюбовь к коммунизму.
Более того: не просто был готов, но и пошел на усиление сотрудничества с Союзом, который неоднократно посещал. С СССР генерал наладил достаточно конструктивные взаимоотношения.
Де Голль активно усиливал оборонный потенциал Франции, отказался от обременительного груза колоний, несмотря на яростное и опасное для него противодействие правых, делая все для увеличения силы Французской республики.
Президент де Голль инициировал и провел форсированную разработку французского ядерного оружия. Он долго конфликтовал с США и НАТО , в конце концов, вышел из состава Альянса.
Финансовый удар
Осознавая огромный вред как французской, так и европейской экономикам от участия в Бреттон-Вудских соглашениях, де Голль готовился нанести удар и на финансовом направлении.
Еще в феврале 1965 года на пресс-конференции с мировыми СМИ, француз прямо заявил о намерении бросить вызов долларовому доминированию, сказав, что не может представить никакого иного стандарта для денежной системы, кроме как золота напрямую, что вызвало мировую сенсацию.
Узнав об этом, президент США Линдон Джонсон высказался в том духе, что де Голль «окончательно спятил». Весной того же года, в США прибыл груз американских долларов из Франции.
Последствия демарша
Несмотря на угрозы и препирательства, США вынуждены были выполнить свои обязательства, получив доллары и выдав французам золото. Начался процесс, растянувшийся до конца года, в ходе которого за первым траншем по обмену долларов на золото, в размере 1,5 млрд, последовали остальные, и в итоге из имевшихся в начале процесса 5,5 млрд долларов, у Франции осталось всего 800 млн На беду ФРС США за французами пошли немцы, японцы, канадцы и представители других стран, в результате чего «золотой запас» США радикально опустел, снизившись до предельно низкого, по мнению властей Штатов, уровня.
Де Голль не дождался окончательных результатов своих действий, и был фактически лишен власти в ходе начатых в 1968 году в Сорбонне «студенческих волнений», переросших в полномасштабную забастовку и политический кризис.
События 1968 года, которые как ни странно, де Голль политически пережил (его партия набрала более 70% голосов на парламентских выборах после этого) тем не менее, вынудили его уйти в отставку, и, по мнению многих экспертов, стали одним из первых образцов будущих «цветных революций».
Доказательств участия глобалистских и проамериканских структур в событиях 1968 года, имеется немало. [С-BLOCK]
В 1971 году президент Никсон объявил об отмене золотого обеспечения доллара, а в течение 1970-х годов, полностью была ликвидирована вся Бреттон-Вудская система. Де Голль не дожил до этого (умер в 1970 году).
Однако это не стало прямой победой де Голля: на смену привязки доллара как основной валюты мировой торговли к золоту, пришла нынешняя, практически ничем необеспеченная, абсолютно спекулятивная и виртуальная.
Казалось бы, в итоге мы видим полное поражение дела де Голля, последующий крах советской альтернативы, гибель бунтовщиков Каддафи и Уго Чавеса , тотальное доминирование навязанной экономики.
Однако есть вероятность, что в ближайшем будущем выстрел, сделанный де Голлем в самое сердце мирового финансового интернационала, все-таки достигнет своей цели, спустя десятилетия.
Когда говорят о крахе Бреттон-Вудской системы международных валютных расчетов, всегда вспоминают президента Франции генерала де Голля. Именно он, как считается, нанес самый сокрушительный удар по БВС – как ее называют. Шарль де Голль в 1958 году был избран президентом Франции, а в 1965-м переизбран с самыми широкими полномочиями, которых до него у президентов страны не было. Де Голль поставил задачу обеспечить экономический подъем и военную мощь Франции и на этой базе воссоздать величие своей державы. При нем был выпущен новый франк достоинством в 100 старых. Франк, впервые за долгие годы, стал твердой валютой.
С 1949-го по 1965-й золотой запас Франции увеличился с 500 килограммов до 4.200 тонн, и Франция заняла третье место в мире среди «золотых держав» - без учета СССР, сведения о золотом запасе которого были засекречены.
В 1960-м Франция успешно провела испытания атомной бомбы в Тихом океане и тремя годами позже отказалась от участия в объединенных ядерных силах НАТО.
В январе 1963-го де Голль отверг «многосторонние ядерные силы», создаваемые Пентагоном, а потом вывел из-под командования НАТО атлантический флот Франции.
Впрочем, американцы и не догадывались, что это были только цветочки. Назревал самый серьезный за всю послевоенную историю конфликт де Голля с США и Англией.
Ни Франклин Делано Рузвельт, ни Уинстон Черчилль де Голля, мягко говоря, недолюбливали.
Неприязнь Рузвельта к «высокомерному французу», которого он называл «скрытым фашистом» и «вздорной личностью, возомнившей себя спасителем Франции», полностью разделял Черчилль.
Сетуя на то, что «невыносимая грубость и нахальство в поведении этого человека дополняются активной англофобией», Черчилль, как свидетельствует опубликованные архивные документы, активно пытался убрать де Голля из политической жизни Франции.
Но наступил час реванша Парижа.
Де Голль выступает против приема Англии в «Общий рынок».
А 4 февраля 1960-го объявляет, что его страна отныне в международных расчетах переходит к реальному золоту. Отношение к доллару, как к «зеленому фантику», у де Голля сформировалось под впечатлением анекдота, давно рассказанного ему министром финансов в правительстве Клемансо. Смысл его таков. На аукционе продается картина кисти Рафаэля. Араб предлагает нефть, русский - золото, американец выкладывает пачку банкнот и покупает Рафаэля за десять тысяч долларов. В итоге он получает полотно ровно за три доллара, потому как стоимость бумаги за стодолларовую банкноту - три цента.
Поняв, в чем тут «трюк», де Голль стал готовить дедолларизацию Франции, что назвал своим «экономическим Аустерлицем».
Президент Франции заявляет: он считает необходимым, чтобы международный обмен был установлен на бесспорной основе золотого стандарта. И поясняет свою позицию: «Золото не меняет своей природы: оно может быть в слитках, брусках, монетах; оно не имеет национальности, оно издавна и всем миром принимается за неизменную ценность. Несомненно, что еще и сегодня стоимость любой валюты определяется на основе прямых или косвенных, реальных или предполагаемых связей с золотом».
После чего де Голль потребовал от США - в соответствии с БВС – «живое золото».
В 1965-м, на встрече с президентом США Линдоном Джонсоном, он сообщил, что намерен обменять 1.5 миллиарда бумажных долларов на золото по официальному курсу: 35 долларов за унцию. Джонсону доложили, что французский корабль, груженный «зелеными фантиками», находится в нью-йоркском порту, а в аэропорту приземлился французский самолет с таким же «багажом».
Джонсон пообещал президенту Франции серьезные проблемы.
Де Голль в ответ объявил об эвакуации с территории Франции штаб-квартиры НАТО, 29 военных баз НАТО и США и выводе 35 тысяч военнослужащих альянса. В конечном итоге это и было сделано, но, пока суть да дело, де Голль за два года значительно облегчил знаменитый Форт-Нокс: более чем на 3 тысячи тонн золота.
Президент Франции создал опаснейший для США прецедент, другие страны также решили обменять имевшиеся у них «зеленые» на золото.
Вслед за Францией к обмену предъявила доллары Германия.
Только немцы оказались хитроумнее прямолинейного генерала. Перед руководством Белого дома федеральный канцлер Людвиг Эрхард, профессор экономики и убежденный монетарист, демонстративно осуждал французов за «вероломство». А под сурдинку собрал доллары из казны бундесреспублики и положил их перед дядей Сэмом: «Мы же союзники, не правда ли? Обменяйте, коль обещали!» Причем сумма была в несколько раз больше, чем полтора миллиарда французских баксов.
Американцы были поражены такой наглостью, но оказались вынуждены менять «зеленые» на золото.
И тут к реальным ценностям потянулись центробанки других стран: Канады, Японии... Тогдашние сообщения о состоянии золотого запаса США похожи на фронтовые сводки о понесенных в боях потерях. В марте 1968 года американцы впервые ограничили свободный обмен долларов на золото. К исходу июля 1971 года золотой запас Америки снизился до предельно низкого, по мнению властей США, уровня - менее 10 миллиардов долларов.
И тогда случилось то, что вошло в историю как «Никсон-шок». 15 августа 1971 года президент США Ричард Никсон, выступая по телевидению, объявил о полной отмене золотого обеспечения доллара. МВФ оставалось только сообщить, что с января 1978 года Бреттон-Вудские соглашения приказывают долго жить.
А Шарль де Голль после своего «валютного Аустерлица» долго у власти не продержался.
В 1968-м массовые студенческие волнения захлестнули Францию, Париж был перекрыт баррикадами, а на стенах висели плакаты «13.05.58 - 13.05.68, пора уходить, Шарль».
28 апреля 1969-го, раньше положенного срока, де Голль добровольно покинул свой пост.
В.Большаков
Весной 1965 года в нью-йоркском порту стало на якорь французское судно. Так началась война. Корабль не был боевым, но в его трюмах находилось оружие, при помощи которого Париж надеялся одержать победу в финансовой схватке с Америкой. Французы привезли в Штаты долларовых купюр на 750 миллионов с тем, чтобы получить за них "живые деньги" - то есть золото. Это был только первый транш, предъявленный к оплате Федеральной резервной системе США. Дальше пошло-поехало. Форт-Нокс, где хранился американский золотой запас, в конце концов не выдержал потока бумажных дензнаков, и золотой стандарт пал. Из всеобщего мерила ценностей деньги превратились в виртуальную расчетную единицу, не обеспеченную по большому счету ничем, кроме доброго имени того или иного главы центрального банка, чья подпись стоит на банкнотах. И виноват во всем этом был один человек - Шарль Андре Жозеф Мари де Голль.
Casus belli
Президент Франции, кстати, вовсе не собирался покушаться на золотой стандарт, обеспечивавший устойчивость мировой финансовой системы. Как раз напротив - в его планы входило закрепить за золотом, а не долларом роль всеобщего эквивалента.
Все началось 4 февраля 1965 года. "Трудно представить себе, чтобы мог быть какой-то иной стандарт, кроме золота, - просвещал журналистов на своем традиционном брифинге в Елисейском дворце президент Французской Республики. - Да, золото не меняет своей природы: оно может быть в слитках, брусках, монетах; оно не имеет национальности, оно издавна и всем миром принимается за неизменную ценность. Несомненно, еще и сегодня стоимость любой валюты определяется на основе прямых или косвенных, реальных или предполагаемых связей с золотом".
Генерал в своей классической манере - медленно и важно - читал по бумажке, но по всему чувствовалось, что текст этот знаком и близок ему до каждой запятой. Де Голль обвел взглядом поверх очков полный зал Елисейского дворца и продолжил сухим, отработанным голосом: "В международном обмене высший закон, золотое правило, здесь это уместно сказать, правило, которое следует восстановить, - это обязательство обеспечивать равновесие платежного баланса разных валютных зон путем действительных поступлений и затрат золота".
Едва создатель Пятой республики прекратил говорить, представители прессы ринулись прочь из зала к телефонным аппаратам, установленным рядом. Все понимали: только что официально объявлена война. Война доллару. Де Голль предлагал не признавать послевоенного передела финансового мира в пользу доллара в качестве главной валюты, практически приравненной к золоту, призывал вернуться в международных расчетах к системе, существовавшей до мировых войн. Иначе говоря, вернуть классический золотой стандарт, когда любая валюта только тогда имеет реальную стоимость, когда в буквальном смысле ценится на вес золота.
"Старик окончательно спятил", - ахнул в Белом доме президент США Линдон Джонсон, которому принесли присланную из посольства в Париже депешу с отчетом о пресс-конференции де Голля. Американцы, разрывавшиеся между войной во Вьетнаме и проблемами в Карибском бассейне, надеялись, что антидолларовая риторика французского лидера останется только словами. Разве не он сам говорил: "Политик до такой степени не принимает на веру свои слова, что всегда удивляется, когда другие понимают его буквально"? Но на этот раз все складывалось иначе. Генерал, откровенно тосковавший по имперскому прошлому Франции, готовился к "золотому Аустерлицу".
Само время подгоняло его. Шарлю де Голлю скоро должно было исполниться семьдесят пять. Он не сомневался, что в декабре 1965 года французы переизберут его на целых семь лет, впервые - прямым всеобщим голосованием. Ни один президент Франции никогда не имел таких широких полномочий, как он, подогнавший конституцию под свой немалый рост. Позднее генерал скажет: "Когда я хотел узнать, что думает Франция, я спрашивал самого себя". Но это будет потом, уже в отрыве от власти. А сейчас ему надо было решительно воспользоваться этой беспредельной властью, чтобы отвоевать Франции место под экономическим солнцем.
Золотая лихорадка
Жозеф Кайо, бывший министром финансов одного из кабинетов Жоржа Клемансо, как-то рассказал де Голлю анекдот. На аукционе "Друо" в Париже была выставлена на продажу картина Рафаэля. Араб, чтобы приобрести шедевр, предложил нефть, русский - золото, а американец, набивая цену, выкладывает за Рафаэля кипу стодолларовых банкнот и приобретает шедевр за 10 тысяч долларов. "В чем же тут трюк?" - удивился де Голль. "А в том, - ответил экс-министр, прошедший за свою бурную жизнь и тюрьму, и славу, - что американец купил Рафаэля... за три доллара. Стоимость бумаги, на которой напечатана одна стодолларовая банкнота, - всего три цента".Три цента! Лишь формально золотых... Воля Вашингтона, желавшего единолично контролировать мировой валютный рынок, была продиктована всем странам в годы Второй мировой войны. Разработка схемы глобальной валютной системы была начата англо-американскими экспертами в апреле 1943 года. Мировая война была в разгаре. Между тем экономическая сторона всемирной бойни, по сути, сводилась к потоку золота, текущему по программам ленд-лиза в американские закрома. За поставки оружия, машин, металлов и продуктов питания Великобритании, СССР и другим участникам антигитлеровской коалиции приходилось платить Америке золотом, поскольку в условиях войны обычные купюры не стоили практически ничего.
Вот несколько цифр. В 1938 году золотой запас США составлял 13 000 тонн. В 1945-м - 17 700 тонн. А в 1949-м - 21 800 тонн. Абсолютный рекорд! 70 процентов всех мировых золотых резервов той поры. Соответственно именно доллар стал эквивалентом драгоценного металла, только в отношении этой валюты в полной мере действовал золотой стандарт. К 1944 году англичане и австралийцы полностью исчерпали свои золотые резервы. Лишь Сталин продолжал отсылать в сейфы Форт-Нокса золото, намытое на приисках Магадана и Колымы. И так продолжалось аж до семидесятых годов, когда СССР выплатил Вашингтону последние долги по ленд-лизу. Выплатил, повторим, исключительно золотом.
Де Голль с его "слоновьей памятью" - выражение самого генерала - владел этой информацией. Из секретного доклада известных экономистов Робера Триффена и Жака Рюэффа, подготовленного в 1959 году, генерал знал и о том, что вынужденное участие Франции в так называемом Золотом пуле разоряет ее. Эта международная структура, созданная под эгидой Федерального резервного банка Нью-Йорка из центральных банков семи западноевропейских стран, в том числе и Франции, действовала через Английский банк. Она не только поддерживала в интересах Вашингтона мировые цены на золото на уровне 35 долларов за унцию (в унции чуть больше 31 грамма), но и торговала золотом, отчитываясь каждый месяц перед американскими финансовыми властями о проделанной работе. Если приходилось увеличивать объем реализованного металла, участники пула возвращали американцам золото из своих запасов. Если же пул больше покупал, чем продавал, разница делилась в унизительном соотношении: половина отходила американцам, половина - всем остальным. Из нее французам доставалось только 9 процентов. Эксперты доложили де Голлю, что ущерб от деятельности Золотого пула, причиненный европейцам, превысил 3 миллиарда долларов.
Естественно, генерал не мог смириться с "золотым статус-кво", юридически оформленным на Бреттон-Вудской конференции ООН в 1944 году. Не устраивал его и устав Международного валютного фонда (МВФ), скроенный по американским лекалам. "Невозможно править при помощи "но", - приговаривал де Голль. Доллар в качестве навязанного эквивалента золота и был для него этим противным, раздражающим "но". Более так продолжаться не могло: "Пока западные страны Старого Света находятся в подчинении у Нового Света, Европа не может стать европейской..." И человек, лучше любого другого на свете умевший говорить "Нет!" нацистам и коммунистам, коллаборационистам и союзникам, начальникам и подчиненным, отправился в "крестовый поход" на Форт-Нокс.
Трюм с банкнотами
"Генерала связывала давняя и весьма своеобразная "дружба" с американскими президентами, - рассказывал корреспонденту "Итогов" незадолго до своей смерти Пьер Мессмер, один из ближайших соратников де Голля, в прошлом премьер-министр и министр обороны Франции. - Эйзенхауэру де Голль не мог простить, что тот собирался стать военным губернатором Франции. Даже напечатанные в Америке специальные деньги с собой в обозе возил... Не лучше сложились и отношения с Кеннеди. Де Голль видел в нем папиного сынка, верхогляда и парвеню. Единственным достоинством молодого президента США генерал - вполне серьезно - считал Жаклин, его жену-француженку".
Сколько непридуманных историй французы рассказывают о встречах де Голля с Кеннеди! Вот одна из них, поведанная Константином Мельником, бывшим советником де Голля по безопасности и разведке.
Во время визита Кеннеди в Париж генералу предложили пригласить американского коллегу на охоту в лес Рамбуйе под Парижем.
- И на кого Кеннеди собирается охотиться? - удивился де Голль.
- На фазанов, мой генерал.
- О, это будет братоубийственная бойня!..
Кеннеди он звал "старшеклассником", а Джонсона и того хлеще - "скотобоем". Генерал знал, что вызывал раздражение у американского истеблишмента, особенно после того, как Франция форсировала в начале шестидесятых развитие собственных программ ядерного вооружения. Не говоря уже о том, что в январе 1963 года де Голль отверг "многосторонние ядерные силы", создаваемые Пентагоном. А потом вывел из-под командования НАТО атлантический флот Франции. К тому времени под американским началом оставались только две французские дивизии вместо оговоренных некогда четырнадцати. Впрочем, американцы и не догадывались, что это были только цветочки!
В 1965 году де Голль официально предложил своему американскому коллеге Линдону Джонсону обменять на золото полтора миллиарда наличных долларов из французских госрезервов: "Неужто американская валюта обратима ровно до той поры, пока не потребуют ее обратимости?" Вашингтон напомнил, что подобная акция Франции может быть расценена Штатами как недружественная - со всеми вытекающими последствиями. "Политика слишком серьезное дело, чтобы доверять его политикам", - парировал генерал и объявил о выходе Франции из военной организации НАТО.
В дальнейшем с американцами общались в основном парижские финансовые специалисты. "Все формальности соблюдены. Представитель Банка Франции готов сейчас же предъявить ровно половину названной суммы казначейству США. Деньги доставлены", - гласила пришедшая в Вашингтон официальная депеша из Парижа. Обмен согласно правилам Золотого пула мог производиться только в одном месте - американском казначействе. В трюме первого французского "денежного" парохода ждали выгрузки 750 миллионов долларов. При обменном курсе в 1,1 грамма золота за доллар бегство от американской валюты получалось для Парижа весьма результативным. 825 тонн желтого металла - это не шутки. А на подходе был и второй пароход с такой же суммой на борту. И это было только начало. К концу 1965 года из 5,5 миллиарда долларов французских золотовалютных резервов в долларах оставалось не более 800 миллионов.
Конечно, де Голль в одиночку не "повалил" доллар. Но французская валютная интервенция создала опаснейший для Америки прецедент. Вслед за непредсказуемыми французами потянулись менять доллары на золотые бруски и рачительные немцы. Только они оказались хитроумнее прямолинейного генерала. Перед руководством Белого дома федеральный канцлер Людвиг Эрхард, профессор экономики и убежденный монетарист, демонстративно осуждал французов за "вероломство". А под сурдинку собрал доллары из казны бундесреспублики и положил их перед дядей Сэмом: "Мы же союзники, не правда ли? Обменяйте, коль обещали!" Причем сумма была в несколько раз больше, чем полтора миллиарда французских баксов. Американцы были поражены такой наглостью, но оказались вынуждены менять "зеленые" на золото. И тут к реальным ценностям потянулись центробанки других стран: Канады, Японии... Тогдашние сообщения о состоянии золотого запаса США похожи на фронтовые сводки о понесенных в боях потерях. В марте 1968 года американцы впервые ограничили свободный обмен долларов на золото. К исходу июля 1971 года золотой запас Америки снизился до предельно низкого, по мнению властей США, уровня - менее 10 миллиардов долларов. И тогда случилось то, что вошло в историю как "Никсон-шок". 15 августа 1971 года президент США Ричард Никсон, выступая по телевидению, объявил о полной отмене золотого обеспечения доллара. МВФ оставалось только сообщить, что с января 1978 года Бреттон-Вудские соглашения приказывают долго жить. Эмиссия мировых валют начала производиться по принципу финансовой пирамиды, без сдержек и противовесов.
Золотой шок
Кстати, от того золотого шока Америка не оправилась до сих пор. По данным Всемирного золотого совета, США остаются крупнейшим в мире обладателем желтого металла - их запас на 2003 год превышал 8,2 тысячи тонн. Но до восстановления того запаса, которым Штаты располагали в период расцвета золотого стандарта, очень далеко.
Впрочем, де Голль не добился тех целей, которые ставил перед собой, затевая широкомасштабный обмен долларов на золото. Благородный металл ушел из международных расчетов, а доллар остался. С отменой золотого стандарта он превратился в главную резервную валюту, по сути заменив золото в качестве всеобщего эквивалента. Замена, правда, не вполне адекватная. В отличие от золота доллар подвержен существенным колебаниям.
Аналитики банка Merrill Lynch насчитали несколько долларовых кризисов - в 1977-1978, затем в 1987-1988, 1990 и в 1994-1995 годах. Теперь же ситуация усугубилась появлением нового претендента на роль главной мировой валюты - евро. В 2007 году доллар потерял более 10 процентов своей стоимости относительно корзины свободно конвертируемых валют. Евро же вырос относительно доллара на 12,5 процента, превысив недавно уровень в 1,5 доллара за евро.
Впрочем, система пока работает. Администрация президента США Джорджа Буша, даже оказавшись в плену торгового и бюджетного дефицита, заставляет весь мир платить по американским долгам. Почти каждый год Конгресс США вынужден при рассмотрении бюджетных законопроектов повышать потолок национального долга, подошедшего к отметке в 9 триллионов долларов. Структурные проблемы нарастают, денег нужно все больше. И они пока в американскую экономику поступают.
Для Вашингтона крайне важно, чтобы страны с избытком валюты, прежде всего Китай, Япония и Россия, продолжали покупать в больших объемах долговые обязательства США. То есть бесцельно копить и копить доллары. Ведь размеры долларовых резервов трех вышеупомянутых стран настолько велики, что купить на них, по сути, ничего нельзя. На это не хватит всего золота мира. А приобретать, скажем, промышленные предприятия в США иностранные госструктуры не могут - американский закон не велит. Налицо тенденция, когда растущий государственный долг Америки обесценивает валютные резервы других стран и заставляет их финансировать американский дефицит. В то же время Европа и страны Азии не заинтересованы в глобальном финансовом кризисе, и поэтому центробанки этих стран стараются поддержать США, выкупая все новые долговые обязательства.
Однако в отличие от золотого стандарта виртуальная денежная система куда менее устойчива. Многие центробанки целенаправленно снижают долю американских ценных бумаг в своих резервах, и тенденцию эту вряд ли можно остановить. Доллар еще продолжает оставаться единой условной мерой стоимости, являясь при этом и национальной валютой США. И это роковое противоречие становится все более ощутимым. Так, во время кризиса все ресурсы можно бросать либо на укрепление доллара как потенциального золотого эквивалента, но тогда ухудшается ситуация в американской экономике, либо на поддержку американской экономики вливаниями дешевых долларов, но тогда начинает рушиться мировой эквивалент стоимости. Президент-республиканец Буш изоляционист, он выступает за доллар как национальную валюту. А значит, сегодня окончательно уходит в небытие идея доллара как единой меры стоимости. Возможно, придется возвращаться к некоему подобию золотого стандарта, где мерилом стоимости будет, скажем, усредненная "корзина валют". Или изобретать новые универсальные деньги, к примеру, взяв за основу единицу энергии.
...А началось все со сделки, которую навязал американцам амбициозный генерал де Голль. Когда встреча с французским президентом завершилась, Линдон Джонсон с облегчением вздохнул и признался: "С этим человеком у Америки ассоциируются только неприятности". Он знал, что говорил: Джона Кеннеди убили 22 ноября, в день рождения Шарля де Голля".
В свое время бывший министр финансов Франции времен кабинета Клемансо объяснил де Голлю "трюк с долларами" на таком наглядном примере. На аукционе продается картина Рафаэля. Араб предлагает нефть, русский – золото, а янки, удваивая ставки, выкладывает пачку стодолларовых банкнот и покупает Рафаэля за 10 000 долларов. "В чем же трюк?" – удивился де Голль. "А в том, – ответил экс-министр, – что янки купил Рафаэля за три доллара, потому как стоимость бумаги за одну стодолларовую банкноту – три цента!"
Дедолларизация Франции была основой экономической политики генерала де Голля, его, как он сам выражался, "экономическим Аустерлицем". И 4 февраля 1965 года де Голль взорвал "бомбу", заявив на пресс-конференции: "Мы считаем необходимым, чтобы международный обмен был установлен, как это было до великих несчастий мира, на бесспорной основе, не носящей печати какой-то определенной страны. На какой основе? По правде говоря, трудно представить себе, чтобы мог быть какой-то иной стандарт, кроме золота. Да, золото не меняет своей природы: оно может быть в слитках, брусках, монетах; оно не имеет национальности, оно издавна и всем миром принимается за неизменную ценность. Несомненно, что еще и сегодня стоимость любой валюты определяется на основе прямых или косвенных, реальных или предполагаемых связей с золотом. В международном обмене высший закон, золотое правило (здесь это уместно сказать), правило, которое следует восстановить, – это обязательство обеспечивать равновесие платежного баланса разных валютных зон путем действительных поступлений и затрат золота".
Это выступление де Голля имело принципиальное значение. Президент одной из ведущих мировых "золотых держав" предлагал вернуться в международных расчетах к системе, которая существовала до "великих несчастий мира" – двух мировых войн, то есть к системе, основанной на жесткой привязке мировых валют к золоту, а не к доллару. А такая "привязка", или "золотая дисциплина", ко многому обязывала, ограничивая возможности для биржевых и финансовых спекуляций. До 1914 года, как известно, самыми твердыми мировыми валютами были английский фунт стерлингов и русский рубль, полностью обеспеченные золотыми запасами.
Две мировые войны подорвали систему "золотого стандарта", в результате чего в 1944 году и была принята так называемая Бреттонвудская валютно-финансовая система, утвердившая паритеты валют "в золоте как общем знаменателе", но не напрямую, а опосредованно, через доллар, золотодолларовый стандарт. А это означало, что доллар практически приравнялся к золоту, стал мировой денежной единицей, с помощью которой (через конвертацию) осуществлялись все международные платежи. При этом ни одна из мировых валют, помимо доллара, не обладала прямой обратимостью в золото.
Помимо практически ничем не ограниченных прав в качестве мировой денежной единицы, доллар взял на себя и все обязательства по золотому обеспечению, поддержанию твердого, фиксированного курса – 1,1 доллара за грамм металла в чистоте.
И этим доллар подписал приговор самому себе. Уже к концу 60-х годов стало ясно, что ни золотые запасы самих США, ни запасы МВФ, ни запасы союзников США по "золотому пулу", предусматривавшему взаимную поддержку золотодолларового стандарта, оказались не в состоянии остановить "бегство от доллара".
Крах доллара был предопределен. Золотые запасы США таяли буквально на глазах: временами по 3 тонны в день. И это опять же несмотря на все мыслимые и немыслимые меры, которые предпринимали США, чтобы остановить утечку золота, сделать так, чтобы доллар был "обратим, пока не потребуют его обратимости". Возможности для обмена долларов на золото были всячески ограничены: он мог осуществляться только на официальном уровне и только в одном месте – в Казначействе США. Но цифры говорят сами за себя: с 1949 по 1970 год золотые запасы США сократились с 21 800 до 9838,2 тонны – более чем в два раза.
Последнюю точку в этом "бегстве от доллара" и поставил генерал де Голль, не ограничившись только декларацией о необходимости ликвидации приоритета доллара. От слов он перешел к делу, предъявив США к обмену 1,5 миллиарда зеленых бумажек. Разразился скандал. США стали давить на Францию как партнера по НАТО. И тогда генерал де Голль пошел еще дальше, объявив о выходе Франции из НАТО, ликвидации всех 189 натовских баз на территории Франции и выводе 35 тысяч натовских солдат. В довершение ко всему во время своего официального визита в США он предъявил к обмену на золото 750 миллионов долларов. И США были вынуждены произвести этот обмен по твердому курсу, поскольку все необходимые формальности были соблюдены. Генерал де Голль действовал по всем правилам военного искусства. Он использовал против "противника" его же собственное "оружие", с помощью которого тот приводил (и приводит!) к банкротству другие национальные валюты. Де Голль направил "долларовую интервенцию" на США.
Конечно, такие масштабы "интервенции" не могли "повалить доллар", но удар был нанесен в самое уязвимое место – "ахиллесову пяту" доллара. Генерал де Голль создал опаснейший для США прецедент. Достаточно сказать, что только с 1965 по 1967 год США были вынуждены обменять свои зеленые бумажки на 3000 тонн чистого золота. Вслед за Францией к обмену на золото предъявила доллары Германия.
Но и США вскоре приняли не менее беспрецедентные защитные меры, в одностороннем порядке отказавшись от всех своих принятых ранее международных обязательств по золотому обеспечению доллара.
Доллар дистанцировался от золота, порвал "золотые цепи".
С тех пор, собственно, и должна брать отсчет новейшая история доллара США и бумажных денег как таковых. С чистого листа...
В уже упомянутой книге "Экономикс" дается следующее определение доллара в его новом качестве. "Грубо говоря, – отмечают авторы, – приемлемость бумажных денег находит опору в том, что государство говорит: эти доллары – деньги. В нашей экономике бумажные деньги, по существу, являются декретивными деньгами, они – деньги потому, что так сказало государство, а не потому, что они выкупаются каким-либо драгоценным металлом".
Американские профессора-экономисты, быть может, сами того не ведая, совершенно точно выразили сущность доллара – как чисто условных, ничем не обеспеченных денег, по сравнению с которыми даже мефистофельские "кредитки" являлись куда более надежной, "твердой" валютой, предполагавшей выполнение кредитных обязательств хотя бы в будущем. Там "бумага" служила хотя бы в "качестве заклада", здесь же – абсолютное отсутствие каких-либо обязательств как в настоящем, так и в будущем. Весь этот всемирный "долларовый мираж" основывается лишь на том, что США продекларировали, объявили доллары деньгами, как некогда аборигены той же самой Америки объявляли деньгами кофейные зерна или ракушки. Принципиальной разницы между долларами и ракушками нет – ни те, ни другие в равной степени не представляют (в отличие от золота) никакой реальной ценности.
Все это значит, что в случае финансового краха (а он неизбежен!) США не будут обязаны – ни государствам, ни отдельным гражданам – обеспечивать доллары золотом или какими-либо иными "товарами и услугами". США даже не придется отказываться от своих обязательств, как они сделали это при демонетизации, поскольку в данном случае никаких обязательств попросту нет. На долларе не написано: "Обеспечено всем достоянием Соединенных Штатов Америки". Соединенным Штатам ничего не стоит, например, в один прекрасный момент "кинуть" зарубежных держателей "баксов": организовать такой обмен денег, при котором все наличные доллары, находящиеся на момент обмена вне пределов страны, утратят свое значение, превратятся в пустые бумажки (каковыми, собственно, они и являются).
Представление о стабильности доллара основывается на данных ФРС о минимальной инфляции и бездефицитном бюджете. При неустойчивости других валют и, главное, падении цен на золото, которое всегда было соломинкой для утопающих при всех валютно-финансовых потрясениях, "стабильный доллар" фактически заменил золото, стал (вместо золота) самым надежным средством защиты от инфляционных процессов.
Но именно в этой крайней ситуации едва ли не единственным шансом на спасение для доллара окажется золотой запас США и... возврат к золотому обеспечению. Ничего невероятного в этом нет. Многие крупнейшие экономисты в самих Соединенных Штатах выступают за возврат к золотому обеспечению. Другой защиты не существует, хотя поиски ее, судя по всему, ведутся. (Достаточно вспомнить ажиотаж, возникший в прессе, вокруг изотопа осмий-187.) Далеко не случайно все эти годы США продолжали свой золотой запас хранить в неприкосновенности, не предприняв ни одной попытки сбросить "излишки". Более того, есть все основания предполагать, что и само "бегство от золота" было не чем иным, как отвлекающим маневром, тактическим приемом, позволившим США не только спасти, но и увеличить свой стратегический золотой запас.
В начале 1965 года в нью-йоркские порт и аэропорт прибыли грузы долларов, которые Франция прислала для обмена на золото, хранившееся в руках Федеральной резервной системы США.
Это действие привело американское руководство в бешенство, однако, оно вынуждено было отдать причитающееся французам золото.
Что побудило генерала на «бунт»
Причины этого поступка были заложены событиями, начавшимися еще в период Второй мировой войны. Уже в последние годы войны этот яростный патриот сильной Франции, несмотря на прямую зависимость от англосаксонских стран, не собиравшийся делать ее их марионеткой, сильно раздражал руководителей США и Великобритании.
В ходе взаимодействия внутри группы западных союзников, активных контактов Де Голля с СССР, сформировались предпосылки конфликта генерала с США.
В то же время, при заключении Бретонн-Вудских соглашений, была создана та самая система глобального финансового доминирования США, которой был брошен вызов со стороны де Голля.
В июле 1944 года в американском городке Bretton Woods, штат Нью-Гемпшир, в ходе конференции с участием десятков ключевых стран мира, была создана одноименная международная система денежных отношений и торговли, невероятно выгодная, прежде всего руководству США и отменявшая прежнюю систему, основанную на принципах «золотого стандарта».
США, серьезнейшим образом разбогатевшие в ходе торговли во время Второй мировой войны, контролировали большую часть мирового золотого запаса и мирового ВВП, и в ходе конференции сумели навязать 44 государствам, в том числе Франции, новый порядок расчета, в котором валюты присоединившихся к системе государств были привязаны к доллару, а сама американская валюта - к золоту.
Теоретически, американцы должны были отдавать в обмен на свою валюту, хранившееся у них золото по требованию держателей доллара. Что естественно, не практиковалось, да и само соглашение было средством обеспечения экономического господства американской империи, с которым, тот же СССР, естественно не согласился.
После получения власти де Голль достаточно быстро понял всю опасность сложившейся в Бреттон-Вудсе системы.
Общая стратегия
С самого начала своей активной политической деятельности, де Голль не желал прогибаться под США. Еще до президентства он сильно конфликтовал с генералом, а потом и лидером США Эйзенхауэром, который должен был стать главой американского контингента во Франции, и по факту, контролировать страну.
«Последний великий француз» выступал сторонником проекта сильной Европы (за исключением Британии), и в рамках этой стратегии шел на усиление контактов с бывшими врагами в лице ФРГ, готов был активно взаимодействовать с СССР, несмотря на общую нелюбовь к коммунизму.
Более того: не просто был готов, но и пошел на усиление сотрудничества с Союзом, который неоднократно посещал. С СССР генерал наладил достаточно конструктивные взаимоотношения.
Де Голль активно усиливал оборонный потенциал Франции, отказался от обременительного груза колоний, несмотря на яростное и опасное для него противодействие правых, делая все для увеличения силы Французской республики.
Президент де Голль инициировал и провел форсированную разработку французского ядерного оружия. Он долго конфликтовал с США и НАТО, в конце концов, вышел из состава Альянса.
Финансовый удар
Осознавая огромный вред как французской, так и европейской экономикам от участия в Бреттон-Вудских соглашениях, де Голль готовился нанести удар и на финансовом направлении.
Еще в феврале 1965 года на пресс-конференции с мировыми СМИ, француз прямо заявил о намерении бросить вызов долларовому доминированию, сказав, что не может представить никакого иного стандарта для денежной системы, кроме как золота напрямую, что вызвало мировую сенсацию.
Узнав об этом, президент США Линдон Джонсон высказался в том духе, что де Голль «окончательно спятил». Весной того же года, в США прибыл груз американских долларов из Франции.
Последствия демарша
Несмотря на угрозы и препирательства, США вынуждены были выполнить свои обязательства, получив доллары и выдав французам золото. Начался процесс, растянувшийся до конца года, в ходе которого за первым траншем по обмену долларов на золото, в размере 1,5 млрд, последовали остальные, и в итоге из имевшихся в начале процесса 5,5 млрд долларов, у Франции осталось всего 800 млн.
На беду ФРС США за французами пошли немцы, японцы, канадцы и представители других стран, в результате чего «золотой запас» США радикально опустел, снизившись до предельно низкого, по мнению властей Штатов, уровня.
Де Голль не дождался окончательных результатов своих действий, и был фактически лишен власти в ходе начатых в 1968 году в Сорбонне «студенческих волнений», переросших в полномасштабную забастовку и политический кризис.
События 1968 года, которые как ни странно, де Голль политически пережил (его партия набрала более 70% голосов на парламентских выборах после этого) тем не менее, вынудили его уйти в отставку, и, по мнению многих экспертов, стали одним из первых образцов будущих «цветных революций».
Доказательств участия глобалистских и проамериканских структур в событиях 1968 года, имеется немало.
В 1971 году президент Никсон объявил об отмене золотого обеспечения доллара, а в течение 1970-х годов, полностью была ликвидирована вся Бреттон-Вудская система. Де Голль не дожил до этого (умер в 1970 году).
Однако это не стало прямой победой де Голля: на смену привязки доллара как основной валюты мировой торговли к золоту, пришла нынешняя, практически ничем необеспеченная, абсолютно спекулятивная и виртуальная.
Казалось бы, в итоге мы видим полное поражение дела де Голля, последующий крах советской альтернативы, гибель бунтовщиков Каддафи и Уго Чавеса, тотальное доминирование навязанной экономики.
Однако есть вероятность, что в ближайшем будущем выстрел, сделанный де Голлем в самое сердце мирового финансового интернационала, все-таки достигнет своей цели, спустя десятилетия.